Издания

Официальная публикация

Алексей Ярэма: «Ни на какие компромиссы мы не готовы»

Руководитель Группы экологии рядовой архитектуры (ЭРА) Алексей Ярэма в интервью «Строительному Еженедельнику» рассказал о технологии борьбы за исторические здания в Петербурге и о том, почему считает диалог с бизнесом бессмысленным.

Алексей Ярэма - руководитель Группы экологии рядовой архитектуры (ЭРА)

Главные оппоненты градозащитников – бизнес и власть. Изменились ли за последнее время отношения между сторонами?

 – По существу, мы не общаемся с бизнесом. Попросту нет предмета для разговора, так как у нас противоположные, взаимо­исключающие цели. Девелоперы стремятся к извлечению максимальной сверхприбыли за минимальную единицу времени. Закономерное следствие – градостроительный вандализм и уничтожение города. Пик сносов пришелся на 2006-2008 годы. Тогда было решено снести целый квартал. Именно тогда началось возрождение градозащитного движения в городе. Потом был спад. Теперь опять рост. В 2013 и 2012 годах мы потеряли по 20 домов. Предмета для дискуссии между градозащитниками и бизнесом нет. Каждый занимает свою нишу.

– Но попытки же были.

 – Некоторые крупнейшие петербургские корпорации, связанные со сносом, пытались с нами договориться. Было даже несколько встреч. Но результата не последовало. Были обозначены позиции. Мы, со своей стороны, ни на какие компромиссы не согласны. У нас есть свои объективные критерии оценки культурного наследия, и мы от них не отойдем. Почвы для дальнейших бесед нет.

– С властью отношения складываются аналогичным образом?

 – С исполнительной властью мы принципиально не общаемся по тем же причинам, что и с бизнесом. Прокуратуру пытаемся регулярно инициировать к действию. В законодательной власти у нас есть пара опорных депутатов, с которыми мы работаем в нормальном режиме.

– Само градозащитное сообщество претерпело какие-то изменения за последние годы?

 – Никакого единого градозащитного сообщества в городе нет. Есть различные организации, которые, по большому счету, делятся на две коалиции: либеральную и радикальную градозащиту.

– Необходимость объединяться есть?

 – Я предпочитаю отталкиваться от реальности. Что-то было бы лучше, что‑то – хуже. Точно было бы меньше возможностей маневра в тактике защиты объектов. До 2010 года у нас было единое градозащитное сообщество, но ни к чему хорошему это не привело. В результате появились люди, которые четко ориентированы на продвижение во власть. Но, на мой взгляд, градозащитники в Смольном – абсолютное противоречие.

– Разве так не легче отстаивать свою точку зрения?

 – Это можно делать в прессе, организацией демонстраций и митингов, прямым действием, подачей петиций. Я убежден, что совершенно бессмысленно говорить, если точно знаешь, что конкретно ответит другая сторона.

– Тогда к чему это все? Если результат предрешен.

 – Даже в таких тяжелых условиях, как нынешние, нам иногда что-то удается сделать. Хотя в основном это те случаи, которые можно обозначить как последствия интриг во власти, столкновений интересов определенных коммерсантов и определенных чиновников. Или резонанс оказался слишком сильным и перешел все границы.

То есть градозащитное сообщество анализирует общий фон и пытается использовать возникающие ситуации в своих целях?

 – Совершенно верно. Информационно-аналитическая служба – наше важнейшее подразделение.

– Информационная война?

 – Не только. Мы ведем борьбу на разных фронтах. У нас огромный объем канцелярской переписки. Организуем акции прямого действия. Мы стараемся использовать все рычаги давления, которые возможны.

Вам какой больше метод по душе?

 – Все зависит от ситуации. Но, если честно, мне лично импонируют радикальные акции прямого воздействия.

- Вы революционер?

 – Наверное, да. Но, возможно, при других обстоятельствах моего революционного пыла могло быть и меньше. Стоит признать, что практика показывает, что радикальные действия, как правило, имеют большую эффективность, нежели канцелярская переписка. Остановили же мы снос дома Зыкова на Фонтанке, 145. Три месяца мы удерживали Варшавский пакгауз. Конечно, в итоге сложилось печально. Мы не спасли этот пакгауз, но пять других зданий на охрану поставили. Сейчас идет снос на Дегтярном, 26. Переписка по этому объекту велась на протяжении нескольких лет. Впервые дело к нам попало в 2007 году. Но к 2014 году все средства были исчерпаны. Оставалось только блокировать.

– Принципиально ситуацию что-то может изменить?

 – Стратегически, на мой личный взгляд, стоит делать то, что делалось в феврале в Киеве. Без радикальных политических изменений переломить вектор будет невозможно.Сейчас мы работаем как полиция Чикаго в 1930-е годы, применяя тактику комариных укусов. Хватаем отдельные здания и пытаемся их спасти.

В идеале мы должны иметь на каждом объекте второй пакгауз Варшавского вокзала. Это могло бы переломить нарастающую динамику сносов и прекратить разрушение в таких масштабах.

Разработкой документов и законов делу не поможешь?

 – Сейчас в закон о зонах охраны должны были быть внесены изменения, касающиеся таких формулировок, как «за исключением случаев необратимой аварийности». Я видел документ, который в итоге получился. На мой взгляд, стало только хуже.

Периодически звучат заявления о проплаченности градозащитных акций.

 – Я бы соврал, если бы стал это полностью отрицать. В некоторых случаях это правда. Но ЭРА финансируется только за счет членов. Мы живем за свой счет. И с нами договориться таким образом точно не удастся.

– Какие у организации планы на 2014 год?

 – Кроме тех сносов, которые ведутся сейчас на Карповке, 27-29, мы ожидаем похожую ситуацию на Сытнинской. Но в основном мы реагируем на то, что происходит.

– Вы группа быстрого реагирования?

 – Конечно. И если где-то что-то будет происходить, будем принимать оперативные меры.

Вы чувствуете поддержку горожан?

 – Как правило, горожане заняты своими делами. Их интересы в основном не распространяются на объекты, которые от них далеки. Исключения – редчайший случай. Но с возникающими на отдельных объектах инициативными группами мы работаем.

– Какими силами ведется постоянная деятельность?

 – Сейчас нас шесть человек. Группа всегда была небольшой. Даже ее пиковая численность не превышала девять человек. Собственно говоря, для наших целей больше и не надо. Создавать армию нам ни к чему.

– Вы лично не устали от всего происходящего?

 – В какой-то степени да. Но кто-то же должен это делать.




 

источник: АСН-инфо

Отставка Президента НОСТРОЙ закономерна

5 марта, ровно за один месяц до очередного съезда Национального объединения строителей, стало известно о том, что президент НОСТРОЙ Ефим Басин слагает с себя полномочия руководителя объединения СРО досрочно и добровольно.  Эту для многих неожиданную новость комментирует генеральный директор Национального ситуационного центра развития саморегулирования «Специальный ресурс» Владимир Шахов.

Владимир Шахов - генеральный директор Национального ситуационного центра развития саморегулирования «Специальный ресурс»

- Владимир Михайлович, до законного окончания срока президентства Ефима Басина остается еще более полугода. Почему решение и рукописное заявление о досрочной отставке появилось именно сейчас?

- Здесь есть несколько моментов. Во-первых, на предстоящем съезде будут подведены итоги работы объединения за 2013 год и принята смета на 2014 год. То, что цикл окончания полномочий руководителей национальных объединений СРО до сих пор не совпадал с общепринятым  сроком сдачи финансовой отчетности – исторический казус, который возник при формировании системы саморегулирования в строительной сфере и является скорее недоразумением, которое вынуждает нацобъединения проводить по два, а то и по три съезда в год. Можно предположить, что Ефим Владимирович, как мудрый руководитель и политик, понимая, что срок полномочий подходит к концу, не стал брать на себя ответственность за деятельность объединения в следующий отчетный период и решил освободить место преемнику досрочно.

- Те руководители СРО, к которым нам удалось обратиться в кулуарах III Российского инвестиционно-строительного форума,  от комментариев по данной новости уклонились. С чем, на Ваш взгляд, связана такая осторожность?

- Я уже неоднократно говорил о том, что ситуация в национальных объединениях СРО строительной сферы очень непростая. Мы видели откровенные скандалы, мы видели открытую борьбу за бюджет национальных объединений… разумеется, в такой обстановке руководители СРО проявляют известную осторожность. И хотя сама по себе отставка президента НОСТРОЙ вполне закономерна, пока не все смогли ознакомиться с его обращением к предстоящему съезду и выработать обоснованную позицию. Понятно, что к настоящему моменту уже была накоплена некая критическая масса недовольства, возможно, у отдельных представителей строительной отрасли есть претензии к работе нацобъединений, но как именно поведет себя в сложившейся ситуации действующий президент НОСТРОЙ, предсказать было сложно.

- Как, на Ваш взгляд, будет развиваться ситуация?

- Впереди съезд, там мы получим ответы на многие вопросы. Но хочу подчеркнуть, что ситуация, в которой национальные объединения СРО возглавляют персоналии, имеющие в отрасли собственный бизнес, себя изжила. Как я уже говорил, на следующем этапе развития саморегулированию необходим государственный подход и грамотные управленцы с большим опытом работы. Таким человеком мог бы стать Николай Георгиевич Кутьин. Насколько мне известно, он до сих пор принимает участие в обсуждении вопросов саморегулирования стройки, к его мнению прислушиваются. Под руководством Кутьина Ростехнадзор делал первые шаги по контролю над СРО строительной сферы, он глубоко понимает вопросы безопасности строительства, имеет большой опыт государственной службы и наверняка сумел бы предложить эффективные схемы взаимодействия строителей, госорганов и конечных потребителей строительных услуг в рамках саморегулирования. Как бы там не сложилось, сегодня саморегулированию требуется человек с государственным мышлением, но конечное решение, разумеется, будет за очередным съездом и самими строительными СРО.