Издания

Официальная публикация

№15 (826 )
16 августа 2018

А.Еркулов: Кризис не затронул планы создания конгрессно-выставочного центра европейского уровня

В Пушкинском районе Санкт-Петербурга между Пулковским и Петербургским шоссе, вблизи аэропорта «Пулково», начались подготовительные работы по строительству международного конгрессно-выставочного центра (КВЦ) «ЭкспоФорум» стоимостью около 1 млрд. долларов. Новый КВЦ будет соответствовать всем международным стандартам и привлечет в Санкт-Петербург крупные европейские и всемирные деловые мероприятия, которые до сих пор обходили город стороной. О перспективах центра рассказал руководитель проекта, первый заместитель генерального директора ЗАО «ЭкспоФорум» Анатолий Еркулов.

 

– Анатолий Станиславович, сейчас почти никто не начинает новых, а тем более столь масштабных проектов, требующих огромных финансовых ресурсов. Есть ли уверенность, что проект будет реализован?

– Идея построить современный конгрессно-выставочный комплекс возникла несколько лет назад. В феврале 2007 года было подписано соглашение о сотрудничестве по реализации этого проекта между Газэнергопромбанком и правительством Санкт-Петербурга. Почти два года заняла подготовительная работа: проведение исследований рынка конгрессной и выставочной деятельности, поиск подходящего участка, формирование базовой концепции комплекса. Мы не намерены менять из-за кризиса свои планы, и Газэнергопромбанк подтверждает свое намерение кредитовать проект. Кроме того, резко снизилась активность потенциальных конкурентов. До кризиса было заявлено около пяти аналогичных проектов. Теперь все они отложены до лучших времен, а у нас появилась возможность занять рынок.

 

– Вы составите серьезную конкуренцию единственной в Санкт-Петербурге выставочной площадке «Ленэкспо». Какие из проходящих там выставок вы планируете перехватить?

– Наша задача гораздо сложнее и глобальнее, чем соревнование с существующими площадками. Даже если все проводимые сегодня в Санкт-Петербурге деловые мероприятия перенести в «ЭкспоФорум», мы не сможем полностью загрузить его мощности. Текущая емкость рынка для этого недостаточна. Новый КВЦ ориентирован на крупные европейские и всемирные выставки и форумы, которые ранее не могли проходить в нашем городе из-за отсутствия подходящей инфраструктуры. По этой причине Санкт-Петербург, обладая огромным туристическим, научным, культурным и экономическим потенциалом, до сих пор исключен из конгрессно-выставочных процессов, происходящих в мире. Он не входит даже в сотню конгрессных городов. Но плюсом является то, что рынок на конгрессные и выставочные мероприятия возможно сформировать. Как только в Петербурге появится комплекс европейского уровня, сюда потянутся международные выставочные и конгрессные операторы.

 

– И все-таки рынок растет постепенно. В связи с этим будет ли строительство вестись поочередно?

– Действительно, в 2013 году мы открываем комплекс только с частью выставочных площадей – 40 тысяч квадратных метров. Остальные будем вводить по мере загрузки уже существующих. Также в первой очереди будет сдан конгресс-центр, одна из двух гостиниц, первый корпус бизнес-центра, вся необходимая инфраструктура для проведения мероприятий.

В последующих очередях будем наращивать заданные функциональные блоки: построим вторую гостиницу, еще один корпус бизнес-центра, дополнительные выставочные павильоны. Возможно, на резервной территории потребуется возведение многоярусного паркинга в дополнение к имеющимся парковкам.

 

– Какова прибыльность подобного бизнеса? Сможет ли комплекс себя окупить?

– В мировой практике эксплуатация конгрессных и выставочных площадей – малоприбыльный, а в некоторых случаях даже планово убыточный бизнес, субсидируемый муниципальными властями. Зачастую именно государство является основным собственником конгрессно-выставочного центра, поскольку выгоды от развития этой отрасли получает в первую очередь соответствующий город или регион. Происходит рост экономических показателей за счет развития конгрессного туризма и международных торгово-экономических связей, привлечения иностранных инвестиций. И эти выгоды многократно превосходят доходы от сдачи в аренду конгрессно-выставочных площадей. На 1 евро дохода собственника КВЦ приходится 7 евро поступлений в экономику города, где этот центр располагается. В России за счет дефицита выставочных и конгрессных площадей этот бизнес пока остается прибыльным – порядка 10-12 процентов. Но это не идет ни в какое сравнение с доходностью других сегментов рынка недвижимости: жилья, бизнес-центров, складов и других.

Мы отдаем себе отчет, что это проект стратегический, рассчитанный на длительный срок окупаемости, так же как аэропорт, автомагистраль и другие инфраструктурные объекты. В соответствии с Концепцией социально-экономического развития Санкт-Петербурга до 2025 года, утвержденной правительством Санкт-Петербурга, город будет развиваться как крупнейший международный центр делового, политического и культурного сотрудничества, как место, где принимаются важнейшие политические и экономические решения. Таким образом, строительство международного конгрессно-выставочного центра – один из механизмов реализации принятой концепции.

 

– Расскажите, чем обусловлен выбор участка для строительства конгрессно-выставочного центра?

– Строительство центра предполагает комплексное развитие довольно большой территории. Ведь помимо собственно конгрессных и выставочных площадей необходимо построить объекты сопутствующей инфраструктуры: склады, таможенный терминал, паркинг. Нужно обеспечить хорошую транспортную доступность комплекса. Подходящих для этого участков в центре города просто нет. Опыт европейских городов также показывает, что вновь возводимые конгрессно-выставочные площадки тяготеют не к центру, а к крупным автомагистралям и аэропортам, вместе с тем дорога до города обычно занимает не более получаса. Поэтому данная территория подходит для строительства КВЦ как нельзя лучше. Рядом – КАД, уже введенный участок ЗСД, проектируемая скоростная трасса Санкт-Петербург – Москва и, самое главное, аэропорт «Пулково», который сейчас активно развивается, превращаясь в международный авиационный узел – «хаб».

 

– В какой стадии сегодня находится проект? Когда планируете начать строительство?

– Сейчас ведутся проектно-изыскательские работы, ведется подготовка градостроительной документации. На участке начались подготовительные работы: установлено ограждение, частично проведено разминирование. Необходимо будет вынести инженерные сети с пятна застройки. Строительство планируем начать примерно через год, так что работаем в очень интенсивном режиме.

 

Беседовала Ирина Борисова

 

Ключевые параметры проекта:

Выставочные павильоны

100 000 кв. м

Конгресс-центр

7000 человек

Пассажи между объектами комплекса

23 500 кв. м

Бизнес-центр

24 000 кв. м

Гостиницы

450 номеров

Паркинг

10 000 машиномест

Открытые выставочные площади

20 000 кв. м

Объекты сопутствующей инфраструктуры

15 000 кв. м

Объекты инженерной инфраструктуры

2000 кв. м

М.Петрович: Город – это не просто совокупность земельных участков

В настоящее время в Комитете по градостроительству и архитектуре правительства Петербурга идет работа над законопроектом «О региональных нормативах градостроительного проектирования». Именно на основании РГНП, как говорится в общей части Правил землепользования и застройки, с 1 января 2010 г. будут составляться проекты планировки и межевания территорий: этого требует федеральное законодательство. Второй проблемой, которую необходимо разрешить к 1 января, является судьба земельных участков, оказавшихся разделенными между двумя территориальными зонами. Самые большие трудности, как признают проектировщики, возникают в тех случаях, когда одной из этих зон является территориальная зона автомобильных дорог (ТУ). О том, почему именно она оказалась камнем преткновения, и что нужно сделать для исправления этой ситуации в работе над РНГП, АСН-инфо рассказал руководитель бюро ЗАО «НИПИГрад» Михаил Петрович.

- Михаил Любомирович, недавно на депутатских слушаниях Вы подняли вопрос о системном дефекте городского градостроительного законодательства, который касается правового статуса улично-дорожной сети и в целом территорий, на которые не распространяются градостроительные регламенты. На чем базируется Ваш взгляд на эту проблему?

- Я возглавляю в НИПИГраде бюро территориально-информационных систем и градостроительного моделирования. Наш институт традиционно занимается разработкой градостроительной документации для нашего Санкт-Петербурга, а в условиях рыночной экономики – и для других городов. Мы привыкли рассматривать город как единое целое. Наше преимущество в том, что мы изучаем его и вне административных границ. Нас интересует не только сам город, но и агломерация (это понятие известно всем специалистам мира, хотя в нашем законодательстве и отсутствует) с точки зрения ряда факторов, вклюсчая разделения труда, которое в том числе определяет и расчет транспортных потоков, а соответственно, и инфраструктуры. Отсюда наша методическая позиция.

 

- У нас приняты три закона, которые считают тремя градостроительными китами, - Генплан, ПЗЗ и Закон о границах зон охраны. Казалось бы, все вопросы о том, что и где можно размещать в городском пространстве, расписаны до мельчайших деталей. И все же оказывается, что этого недостаточно?

- Это зависит от того, что в базовых законах прописано, и насколько в них развитие Санкт-Петербурга соотнесено с частными и общественными интересами.

 

- Почему в городском градостроительном законодательстве возникают проблемы со статусом улично-дорожной сети?

- Это часть более широкой проблемы, касающейся вообще общественных территорий. Жизнь течет волнообразно. В советский период уделялось больше внимания общественным институтам, все ресурсы уходили туда, а жизнь индивида оказалась бедной. Потом наступило другое время: общественные институты обезлюдели в любом смысле слова, и вся инициатива перешла к индивидуальному обустройству человека: какие дома хотите, такие и стройте, вопрос только в вашей платежеспособности. Но потом оказалось, что в большом городе, где такие возможности есть у многих, свобода одного сталкивается со свободой другого. И вот начинают возникать проблемы, связанные с новой застройкой, ростом автомобилизации, появлением промышленных, складских и иных объектов и т.д. Вы жили на тихой улице – и не заметили, как она стала оживленной магистралью.

Органы власти в этот период также действовали исходя из преобладающего запроса. Землеустроители научились отлично межевать отдельные земельные участки, ГБР стало работать как фабрика. Но общественные пространства владельцев квартир и земельных участков интересовали меньше всего. Потребность в них была осознана только тогда, когда их стало остро не хватать. При корректировке Генплана была значительно расширена площадь зоны проектируемых автодорог, но на практике решения проблем с собственниками участков земли теперь представляет большую сложность.

 

- Как производится зонирование территорий общего пользования в других городах России?

- Совершенно по-разному. Как правило, парки, сады и скверы включаются в рекреационные зоны. А улично-дорожная сеть где-то включена в зоны основной застройки, где-то, как у нас, выделена в отдельную территориальную зону. Эта зона оказалась самой непроработанной, что и как в ней можно размещать, как формировать ее границы – осталось неясным.

 

- Разве зоны ТУ не отграничены красными линиями?

- Отграничены. Но что такое красная линия? Это понятие стало применяться для регулирования застройки более 200 лет назад, с целью упорядочения пространства. Именно с помощью красных линий Санкт-Петербург стал удивительным «умышленным городом», где размещение жилых домов определялось композицией пространства, а не наоборот.

Почему город, расположенный в извилистой невской дельте, приобрел «строгий, стройный вид»? Потому что вначале перспективная застройка упорядочивалась красными линиями, а затем уже вынуждена была им подчиняться. Санкт-Петербург возводился не из домов, а из улиц. Домовладения были «выстроены» вдоль красных линий. Кроме задачи создания привлекательного внешнего вида решалась и сугубо прагматическая задача сбора налогов, управления недвижимостью. Красные линии улиц и площадей, то есть общественных пространств, формировали тот самый силуэт города, который мы сейчас пытаемся охранять. Но сейчас изначальные принципы построения плана Санкт-Петербурга ушли из реального проектирования. Если вы сегодня скажете, что ось улицы должна быть ориентирована на храм, а ее улицы должна быть прямолинейной, то в лучшем случае над вами снисходительно посмеются.

В Градкодексе красная линия – не более чем граница между частной территорией и территорией общего пользования. Для нашего города мы не уточнили этот термин, хотя это и не возбранялось. Что мы получили? Посмотрите на карты ПЗЗ, где очертания зон ТУ имеют вид щупальцев спрута. Где строгий, стройный вид? На картах закона о границах зон охраны – наоборот, ширина улиц никак не обозначена. А между тем ул. Зодчего Росси тем и знаменита, что ее ширина равна высоте двух окаймляющих зданий и одной десятой длины улицы. Памятник не исчерпывается зонами охраны. Да, в законе есть понятия охраняемых городских пространств и направлений. Только где они на карте?

 

- У «щупальцев» на картах ПЗЗ иногда бывают такие зазубринки по краям, наподобие чешуи ихтиозавра.

- Это границы участков для индивидуального жилищного строительства, по «задам» которых прокладывается новая дорога. Как интерпретировали понятие красных линий, такая карта и получилась. Зона ТУ – это как бы остаток от того, что поделено. Она ничего не упорядочивает: ее формируют по остаточному принципу. То, что так создается, не может быть красиво.

 

- КГХ ЗакСа предлагала включить специальную статью о красных линиях в общую часть ПЗЗ. В итоге было решено интегрировать ее в РНГП. Однако их проект до сих пор не подготовлен. В то же время, по словам замглавы управления градостроительных обоснований КГА А.Березкина, готовится специальный закон о составе и содержании проектов планировки территорий, куда, очевидно, и войдут положения о красных линиях...

- Печально, если мы так и будем двигаться от фрагментов к целому. Когда составляется очередной проект планировки на квартал, расположение красных линий в соседнем квартале заказчика и приглашенного им проектировщика не интересует. Считается, что если сложить все разработанные проекты планировки, как мозаику, получится план города. На самом деле получится не город, а совокупность земельных участков. А улицы получатся по остаточному принципу, где-то сузятся, где-то расширятся. Могут и вовсе исчезнуть. Вот недавний выпускник ГАСУ приносил мне план, на котором отсутствует ул. Аккуратова в Коломягах. Ну не захотелось заказчику, чтобы мимо его здания проходила трасса из одного района в другой.

 

- Но тогда из Приморского района станет еще тяжелее выбраться, чем сейчас. Придется не только расширять путепровод на Поклонногорской, но и сносить часть застройки...

- Очень может быть. Только заказчика это не интересует. Его интересует свой квартал, а соседний безразличен. Когда же создаются проекты развязок, места для размещения их элементов оказывается недостаточно. И когда на разворотах под малым углом происходит одно за другим ДТП, частные интересы сталкивается с вопросами безопасности людей.

 

- А.Березкин упоминал о том что автомагистрали тоже могут быть частными.

- Да. Конка в России была в концессии, такой же статус предполагался для ЗСД и Надземного экспресса. Но это касается крупных новых проектов транспортной инфраструктуры, а все улицы находятся на городской земле.

С большими магистралями правовые вопросы как раз относительно урегулированы. Действует федеральный закон об автомобильных дорогах, который делит их на категории. Другое дело, что к крупным населенным пунктам и, особенно, к мегаполисам его понятийный аппарат неприменим. В городах живут не «у дороги», а «на улице», а она имеет сложную организацию. В ее состав входит проезжая часть, защитные полосы, «карманы» для подъезда к домам, тротуары. Улица – это сложное техническое устройство, которое имеет также подземное пространство, где коммуникации подконтрольны разным ведомствам. Строго говоря, в понятие «улица» следует включать и фасадную линию зданий.

Вся эта сложность должна быть отражена в федеральном законодательстве. Но, к сожалению, в Градкодексе нет терминов «улица», «улично-дорожная сеть», и вообще понятие территорий общего пользования прописано фрагментарно и расплывчато.

 

- Градкодекс разрабатывал московский Институт развития города, работающий по заказам серьезных западных фондов. Почему же разработчики не поинтересовались, как общественные пространства функционируют, например, в странах ЕС?

- Разработчики выполняли тот заказ, который был в ту пору востребован. Ведь работа над Градкодексом началась еще в середине 1990-х гг. Конечно, коллеги напоминали авторам о том, что общественная инфраструктура должна быть лучше прописана. Но основные споры вокруг Градкодекса сосредоточились на других предметах, больше связанных с разграничением полномочий, с межрегиональными отношениями, с противоречиями с земельным, лесным законодательством и так далее. А те проблемы, которые касались общественного пространства городов, так и остались на втором или третьем плане.

С частным пространством мы разобрались, а с общественным – нет. И это стало бросаться в глаза. Мы отремонтировали свою квартиру, приглашаем к себе зарубежного гостя. А проезд остался грязным, неубранным, потому что он нам не принадлежит. И это производит странное впечатление. Жилище требует пространства вокруг себя, а пространство не организовано и часто имеет бесхозный вид.

Для мегаполисов необходимо отдельное законодательство в части общественных пространств, но оно не разработано. Поэтому каждый планировщик понимает по-своему, как эти пространства обозначить и как с ними работать. А городские ведомства не всегда могут разобраться, кто за что отвечает в этой области.

 

- В Санкт-Петербурге на уровне местного законодательства детально отрегулированы зоны охраны памятников, есть специальные законы о зеленых насаждениях. Получается, что только улично-дорожная сеть у нас осталась не разработанной?

- Да, эта тема заброшена. Несмотря на то, что неупорядоченность наших общественных институтов не позволяет городу развиваться.

 

- Сейчас ставится вопрос о проведении общественных слушаний при реализации дорожных проектов...

- Естественно: они часто затрагивают более широкий круг лиц, чем проектируемые жилые и деловые объекты. Но механизм учета общественных интересов при проектировании улично-дорожной сети не создан. Когда разрабатываются проекты транспортных развязок, о пешеходах вовсе забывают, как и о том, что развязка на пл. Мужества не может строиться так же, как на Кольцевой дороге.

При разработке проектов планировки отдельных кварталов нас интересует максимальное использование земли. Но вот спроектированы четыре квартала, а между ними перекресток. Он нас до сих пор не интересовал. Между тем при разработке планов новых районов на перекрестках раньше было принято формировать так называемые треугольники обзора. Подъезжая к перекрестку, вы должны видеть поперечный поток движения на достаточном расстоянии. Но когда квартал застроен до самого угла, вы ничего не увидите вплоть до поворота. Неудивительно, что представители УГИБДД хотят принимать участие в согласовании проектов планировки.

На картах Генплана улично-дорожная сеть имеет одинаково белый цвет, дороги на ней не дифференцированы, хотя они имеют разный статус. Вот КАД – дорога федерального значения, Невский пр. – городская трасса. Приморское шоссе – магистраль непрерывного движения. А что такое, к примеру, Пулковское шоссе? Это была дорога в царскую резиденцию, она имела соответствующую инфраструктуру, была оборудована заставами. Потом шоссе стало просто въездной магистралью, а по СНИП осталась улицей городского значения. Сегодня мы видим, что на эту улицу пришли развязки с КАД, и она по составу и объему потока стала магистралью непрерывного движения. Но этот статус никак не закреплен.

 

- Что это означает на практике?

- Это значит, что любой супермаркет имеет право оборудовать въезд на эту магистраль и выезд с нее, и никаких юридических оснований для отказа в этом не существует.

 

- Когда СНИП для городских улиц обновлялись в последний раз?

- В 1989 г.

 

- И с 2002 г. они имеют рекомендательный характер?

- ГИБДД руководствуется ими, так как ничего другого просто нет. Хотя за 20 лет город стал совершенно другим, и новые требования должны быть учтены в нормативах.

 

- С чего бы вы начали доработку городского законодательства в части регулирования транспортной инфраструктуры?

- Я бы начал с инвентаризации улично-дорожной сети. Последний раз ее базисный план был составлен нами в 1991 г. и передан в Земельный комитет. Там его использовали частями по мере надобности. С тех пор возникло много новых проездов, статус которых не уточнен.

Необходимо составить новый план в масштабе 1:2000. Кстати, генеральные планы европейских городов составляются именно в этом масштабе, с нанесением всех кадастровых участков. Вторая задача состоит в детальном дифференцировании улично-дорожной сети, которое должно быть отражено в технических нормативах. То же касается дорожных сооружений, где требуется учитывать и расчет пешеходного потока, и нормативы по шумозащитным устройствам. Наконец, должен быть разработан порядок утверждения дорожных проектов, согласующий приоритеты развития города с частными и общественными интересами. Это сложнее всего, но пока эта проблема не решится, мы не может считать свой город цивилизованным.

 

Беседовал Константин Черемных